На грани выживания: Segezha Group как лакмусовая бумажка для лесопромышленного комплекса
Лесопромышленный комплекс Красноярского края столкнулся с очень серьезными вызовами. Если оперативно не принять меры, то в результате закрытия западных рынков сбыта и возникновения логистических ограничений вполне возможны масштабные банкротства и грядущий развал лесной отрасли региона.
В ожидании краха
Во всяком случае, такое пессимистичное мнение выразил член Общественной палаты Красноярского края Павел Гудовский.
– С 2022 года санкции ввели, в 2023 году все ожидали быстрого разрешения ситуации и жили за счет накопленного жирка, а сейчас 2024 год, и все понимают, что и 2025 год непонятно какой будет. Ясно, что рынок точно уже не вернется, не станет таким, каким он был в части экспорта, – поясняет Павел Гудовский.
Наиболее наглядно сложившаяся ситуация видна по таким гигантам лесной отрасли региона, как Лесосибирский деревообрабатывающий комбинат (ЛДК №1) и Новоенисейский лесохимический комплекс (ЛХК), которые находятся в лесной столице региона – Лесосибирске.
Оба предприятия входят в крупнейший российский лесопромышленный холдинг Segezha Group. И финансовое положение группы после 2022 года остается очень тяжелым, без видимых признаков улучшения ситуации.
Так, по итогам первого квартала 2024 года у Сегежи продолжилось падение выручки, чистый убыток составил 5,2 миллиарда рублей, а чистый долг вырос до 133,6 миллиарда рублей. Как отмечают финансовые аналитики, если такие темпы падения сохранятся, то капитал группы может обнулиться уже в начале 2025 года.
Как так вышло
Главная проблема «Сегежи» – сбыт лесной продукции, произведенной в Красноярском крае. После введения западных санкций основной и самый прибыльный для того же Лесосибирского ЛДК №1 рынок Европы полностью закрылся.
При этом пресловутый «разворот на Восток» оказалось реализовать не так-то просто. В первую очередь потому, что Китай с каждым годом относится все прохладнее к лесоперерабатывающему комплексу соседа, который ничего особо и не перерабатывает. Кроме того, бизнесмены из КНР, пользуясь ситуацией, «продавливают» российский ЛПК по ценам.
Особенно показательно сложности взаимоотношений с Поднебесной видны на примере с пеллетами. Segezha Group использует отходы древесного производства для создания биотоплива – пеллет. Раньше холдинг продавал большую часть пеллет в Европу. После 2022 года остался только рынок Южной Кореи. Руководство компании утверждает, что пеллеты экспортируются по себестоимости, так как это выгоднее, чем захоранивать опилки. Серьезно изменить ситуацию могло бы открытие китайского рынка для российского экспорта. Этот рынок потребляет в 40 раз больше пеллет, чем российский. Однако китайские власти под предлогом защиты окружающей среды запретили поставку пеллет из России еще в 2020 году. В июне 2024 сообщалось, что китайцы готовы впустить российские пеллеты, но в обмен на снятие запрета на вывоз из России необработанной древесины.
Вторая причина – ограничение пропускной способности наземных транспортных коридоров в восточном направлении, в связи с чем растут затраты предприятий на логистику. После февраля 2022 года по Транссибу и БАМу резко пошел ранее небывалый поток экспортно-импортных грузов.
В связи с этим правительству РФ пришлось вводить Временные правила определения очередности перевозок грузов – они призваны сбалансировать распределение пропускных способностей железнодорожной инфраструктуры между различными типами грузов исходя из их значимости для экономики страны.
И, как выяснилось, в новых реалиях отправители экспортных лесопромышленных грузов оказались далеко не в первой очереди логистической цепочки, а как минимум в восьмой.
Не добавляют оптимизма «Сегежи» и действия перевозчика-монополиста в лице РЖД. В декабре 2023 года железнодорожники повысили на 10,75% тарифы на перевозки по железным дорогам. В первом квартале 2024 года стоимость суточной ставки аренды полувагонов выросла на 16% относительно первого квартала 2023 года, а во втором квартале 2024 – еще на 4%.
Как итог, с 2021 года расходы Segezha Group на логистику выросли в два раза и достигли около 15 миллиардов рублей за 2023 год – это примерно 16% от всех расходов на себестоимость и операционную деятельность.
Дополнительная головная боль для «Сегежи» – это ужесточение природоохранных требований и контроля за выбросами. И здесь лесопромышленный холдинг не выдержал – компания отказалась подписывать соглашения о сотрудничестве с министерством экологии Красноярского края по вопросам выбросов и улучшения качества воздуха.
Как сообщил министр экологии Красноярского края Владимир Часовитин, соглашения отказались подписывать АО «Лесосибирский ЛДК №1» и АО «Новоенисейский лесохимический комплекс». По словам министра, в лесопромышленном холдинге заявили, что «не видят в этом целесообразности».
– Предприятия сослались на то, что выполняют все требования установленного законодательства и не видят целесообразности в подписании соглашений,– передал Часовитин.
В контексте:
«Сегежа» против Минэкологии Красноярского края: обойдемся без сотрудничества