Омулевой вариант

На Байкале могут ввести запрет на лов знаменитой рыбы.

Бурятия рискует остаться без главного бренда — байкальского омуля. Уже через два года на Байкале могут ввести полный запрет на лов этого вида рыб. Директор байкальского филиала ФГУП «Госрыбцентр» Владимир Петерфельд называет это вынужденным ответом на сокращение численности омуля и отсутствие каких-то шагов к решению проблемы. Эксперты считают, что запрет поставит крест на всем рыбном хозяйстве Бурятии и ударит по крупным поселениям в Кабанском, Баргузинском и Северобайкальском районах республики.

Проблеме рыбной отрасли было посвящено заседание круглого стола в народном хурале республики. Директор байкальского филиала ФГУП «Госрыбцентр» Владимир Петерфельд указал, что снижение объемов выловленного омуля на Байкале началось с 2004 года. С 1982 года уловы считались стабильными и составляли в среднем 2,2 тыс. т в год. Сегодня в Байкале официально добывается 1,2 тыс. т омуля. «Если не будут приняты меры, уже через два года уловы снизятся еще на порядок, и мы будем просто вынуждены закрыть Байкал для промышленного лова», — уверен господин Петерфельд.

Снижение численности омуля, наиболее значимого промыслового вида рыб Байкала, отмечается по всем нерестовым притокам озера. Причины этого Владимир Петерфельд видит в первую очередь в общем уменьшении биомассы омуля в Байкале: в 2008 году этот показатель впервые опустился до отметки ниже 20 тыс. т, а в 2014 году, по расчетам, биомасса омуля составит чуть более 17,5 тыс. т. Сокращается естественное воспроизводство омуля: по данным министерства сельского хозяйства и продовольствия РБ, в 2012 году численность зашедших в реку Верхняя Ангара на нерест производителей омуля была самой низкой с начала возобновления промысла и составила всего 47% от средней за многие годы величины. 2013 год обновил антирекорд, показав всего 39,2% от прежних средних значений.

Есть и естественные уничтожители омулевых стад — это нерпы и бакланы, которые, как отметил генеральный директор ООО «Рыбопродукт» Сергей Воротников, сегодня «ловят рыбы больше, чем рыбаки». При этом браконьерство, по словам генерального директора ОАО «Востсибрыбцентр» Сергея Красинского, приняло на Байкале ужасающие масштабы. В регионе зарегистрировано 23 пользователя, занимающихся ловом, но при этом действует около полусотни предприятий, официально занятых транспортировкой, переработкой и хранением рыбы и, по данным господина Красинского, скупающих рыбу по частным подворьям. В первую очередь из-за браконьеров две трети нерестового стада омуля вылавливаются еще на подходе к месту нереста.

Точные объемы улова и оставшейся биомассы омуля в Байкале не знает никто. И. о. министра сельского хозяйства и продовольствия Республики Бурятии Михаил Костриков указал на необходимость проведения полномасштабных работ по оценке запасов омуля.

Полный запрет на лов омуля на Байкале вводился в 1969 году. До того на протяжении 50 лет среднегодовой вылов в Байкале составлял 3,9 тыс. т. Причиной запрета промыслового лова стало обеднение запасов. В 1975 году началась научная разведка результатов, в 1982 году был разрешен экспериментальный лов, а пять лет спустя — промышленный.

Эксперты считают введение запрета обоснованным, но указывают на его негативные последствия. «Еще два-три года, и ловить будет нечего, и если уже в 2014 году не будут приняты кардинальные меры, запрет на лов неизбежен. Но последствия будут катастрофическими. Когда такой запрет был введен в 60-е годы, рыбное хозяйство, благодаря помощи государства, не умерло, сохранило площади, мощности, продержалось 15 лет и возобновилось. Сейчас такого уже не будет, если будет введен запрет, на промышленном лове в Байкале можно ставить крест. Тогда побережье будет совсем в другой экономической ситуации, пострадают крупные поселения в Кабанском, Баргузинском, Северобайкальском районах», — отметил председатель Ассоциации рыбопромышленных предприятий в Республике Бурятии Сергей Палубис. По его словам, все зависит от воспроизводства, но естественное воспроизводство идет в минус из-за браконьерства, а искусственное из-за недостатка финансирования. «Надо направить все средства на воспроизводство омуля, только это нас спасет», — считает господин Палубис.

Участники круглого стола согласились, что перспективы рыбохозяйственной деятельности на Байкале связаны с полносистемным индустриальным хозяйством, в том числе с развитием фермерских структур, занятых разведением омуля. Сегодня более 90% рыбной продукции, представленной в магазинах, выращивается в сортовых хозяйствах. «У нас, конечно, не Центральная Россия и не Западная Сибирь, — отмечает Владимир Петерфельд, — где подходящих для этого условий больше. Но нужно создавать условия для такого бизнеса, субсидировать часть затрат». Участники заседания рекомендовали правительству Бурятии рассмотреть возможность увеличения финансирования из республиканского бюджета подпрограммы «Развитие рыбохозяйственной отрасли Республики Бурятия» госпрограммы «Развитие агропромышленного комплекса и сельских территорий Республики Бурятия», расширить перечень мероприятий по поддержке рыбного хозяйства в части субсидирования затрат по формированию кадастра рыбохозяйственных водоемов, кадровому обеспечению рыбохозяйственной отрасли, зарыблению водоемов, разработке проектов реконструкции предприятий рыбного хозяйства, а также рассмотреть возможность создания отдельной комплексной долгосрочной программы развития рыбного хозяйства. А пока у рыбной промышленности региона нет никакой внятной идеологии, отметил председатель комиссии по экономическому развитию, предпринимательству и аграрному комплексу общественной палаты Республики Бурятии Олег Хомутов.

Предложить свою тему и связаться с редакцией Бабра в Бурятии можно по адресу bur.babr@gmail.com