Обычаи и обряды Юрьева дня
С древнейших времен Юрьев день воспринимался народом как одна из границ между зимой и летом, важная дата в сельскохозяйственном календаре, а потому к нему приурочивалось множество работ, сопровождавшихся различными ритуалами.
Например, с этого времени начинались полевые работы, и крестьяне рассказывали, что в посвященный ему день св. Георгий самолично обходит поля, засевает землю и помогает хлебам расти («жито родит»). Чтобы обеспечить обильный урожай, в Юрьев день устраивали обрядовые выходы в поле, общественные молебны с водосвятием и окроплением посевов святой водой, ритуальные трапезы на полях, сопровождавшиеся закапыванием в землю остатков освященной пасхальной пищи. Ради высоких и густых хлебов, льна и пр., поселяне также катались и кувыркались по земле, по молодым всходам; чаще всего это делали женщины, а в некоторых местах катали даже священника после молебна. Старики в Юрьев день замечали погоду, полагая, что если «на Юрья дождь – скоту легкий год», «на Егорья мороз – будут просо и овес», «коли в Юрьев день березовый лист в полушку – к Успенью клади хлеб в кадушку», «коли весенний Егорий с кормом, то осенний Никола будет с мостом», и т.п.
С Юрьева дня начинали выгонять коров и прочий скот на подножный корм, и при первом выгоне непременно молились св. Георгию, чтобы он уберег животных во время летнего выпаса. Русские крестьяне называли даже Георгия «скотьим богом» и говорили: «Поклонишься святому Юрию, он ото всего обережет животину», «Хоть все глаза прогляди, а без Егория не усмотришь за стадом». Одновременно с этим св. Георгия считали «волчьим пастырем», говорили, что «всяк зверь у Егория под рукой» и «что у волка в зубах – то Егорий дал». Согласно легенде, именно св. Георгий распределяет диким зверям добычу, а потому любая скотина, зарезанная волками, зачастую воспринималась как жертва, выбранная святым для хищников. В связи с этими представлениями, каждый скотовод в день первого выпаса стремился задобрить волков и их строгого «пастыря». Например, во многих местах принято было в Юрьев день ставить свечки к образу св. Георгия в церкви, чтобы Егорий не взял скотину «волку на зубы». В Поволжье, у болгар и сербов св. Георгию и его «пастве» даже приносили кровавую жертву – с молитвой закалывали овцу или ягненка.
Совершали в Юрьев день и другие обряды, связанные с благополучием, сохранностью и плодовитостью скота. Например, вокруг коров и овец с помощью заговоров, очерчиваний (обычно острыми предметами), обходов (с иконами, освященной едой и пр.) и разных других магических приемов возводили символическую преграду – «железный тын», охраняющий животных от волков, змей и пр. В некоторых русских деревнях, к примеру, первый выгон скота в поле обставлялся так: хозяин с хозяйкой зажигали перед иконами «страстную» свечу и читали молитву, потом хозяин брал икону святого Георгия и страстную свечу, а хозяйка – хлеб с солью, и они обходили весь скот, собранный во дворе, приговаривая: «Святой Егорий-батюшка, сдаем тебе на руки всю скотинку и просим тебя: сохрани ее от зверя лютого, от человека лихого!»; затем икону ставили над воротами, и только после этого выгоняли скотину со двора вербой, освященной в Вербное воскресенье. Нередко в воротах, через которые прогоняли скот, клали различные предметы - замок и ключ («Чтобы пасть звериная была так крепко заперта, как запирается замок на ключ!»), пояс (символически привязывающий животных ко двору), топор, нож и т.д.
Так как Егорьев день был в первую очередь скотоводческим праздником, особое место в нем отводилось пастухам – их всячески чествовали и одаривали. Так, в русских деревнях хозяйки, выгоняя коров к околице, передавали пастуху свои подношения – пироги, лепешки, яйца и молоко, деньги и холсты. Нередко крестьяне всем селом устраивали особый праздник, на котором пастухов кормили яичницей, а также окатывали холодной водой (чтобы те не были сонливыми и чтобы у коров было больше молока). Сами пастухи, принимая стадо, должны были непременно провести особые обряды, защищающие животных и не дающие им разбредаться и теряться. Например, чтобы летний выпас прошел благополучно, пастух сразу по прибытии на место обходил стадо с иконой и пасхальной свечой, чертил своим посохом на земле крест, кропил стадо святой водой, читал особые заговоры и т.д.
Во время первого выгона животных старались выпустить в поле как можно раньше, до восхода солнца, на «Юрьеву росу», чтобы скот не болел, а коровы давали больше молока. Юрьева роса вообще у всех славян считалась удивительно целебным и стимулирующим средством. Русские говорили: «Юрьева роса выкормит скотину лучше всякого овса». Хозяйки специально собирали росу в Юрьев день и кропили ею посевы, а также коров и кур, чтобы те были плодовитее. Во многих местах существовал обычай ранним утром в Юрьев день кататься по росистой траве на полевых межах ради силы, здоровья и красоты. Знахарки собирали юрьеву росу и потом хранили ее в течение года «от семи недугов».
Юрьеву росу могли использовать и ведьмы, отбирающие молоко у чужих коров. Например, у всех восточных славян существовало поверье, что в ночь или рано утром на Юрьев день ведьмы собирают росу на межах и пастбищах, волоча за собой по траве полотно, а затем выжимают его и собранной влагой поят или сбрызгивают своих коров; после этого корова ведьмы начинает хорошо доиться, а соседские коровы теряют молоко. Нередко считалось, что ведьма отбирает молоко у коров, сметая подолом или загребая к себе росу на пастбище руками и при этом окликая коров по именам. Схожие поверья существовали практически у всех славян: болгары, сербы, македонцы, поляки и др. тоже считали, что в Юрьев день ведьмы (босорки, вещицы, стриги и т.д.) стараются отобрать у коров молоко, собирая росу с чужих полей, нагишом объезжая стадо на метле, пробираясь в зверином обличье в соседские стойла и т.д. Ведьма могла также похитить урожай, воруя или особым образом закручивая колоски на чужих полях.
Для защиты от ведьм славяне прибегали к самым разнообразным способам. Чаще всего применяли ритуальный шум – колокольный звон, выстрелы в воздух, хлопанье бичами, битье в печные заслонки и т.д.; использовали также символические преграды (например, раскладывали на воротах и в хлевах чеснок, колючие растения и т.п., очерчивали двор железным предметом и т.д.). У южных славян, кроме того, одним из наиболее действенных оберегов от ведьм и вообще нечистой силы считали юрьевские костры, которые разводили близ пастбищ и загонов.
В определенной степени защитой от всего нечистого служили и юрьевские молебны, а также ритуальные обходы, совершавшиеся ради плодородия земли. Например, у словенцев, хорватов и белорусов принято было в Юрьев день совершать обходы села и полей с обрядовым деревцем - молодой сосенкой, елочкой или березкой, украшенной венками, лентами, платками и пр.; делали это, «чтобы жито родилось». Возглавлял процессию «Зеленый Юрий» – мальчик или парень, с ног до головы покрытый зелеными ветками; его водили по дворам под пение особых песен (например: «Доброе утро, дорогие хозяева! Вот к вам приехал зеленый Юрий на зеленом коне, зеленый, как травушка, росистый, как роса. Привез жита колос и от Бога добрую весть» (хорв.), «Зеленого Юрия водим, масло и яйца просим, Бабу Ягу прогоняем, весну рассыпаем!» (словен.), «Юрий, вставай рано, отмыкай землю, выпущай росу на теплое лето, на буйное жито, на ядронистое, на полосистое, людям на здоровье» (бел.) и т.п.). В белорусских селах этот обряд нередко устраивали накануне Юрьева дня: вечером молодежь собиралась вместе и наиболее смазливого парня наряжали «Юрием», обвешивая его зеленью и водружая на голову большой круглый пирог, украшенный цветами; после этого «Юрий» с горящим факелом в руке, в сопровождении поющих парней и девушек, трижды обходил все засеянные полосы, а затем процессия выбирала место на перекрестке межей, разводила костер и все угощались пирогом.
У русских с Юрьева дня начинались весенние хороводы и молодежные гуляния. Кроме того, на Юрьев день во многих русских областях устраивали особый «пивной праздник», растягивавшийся нередко на два-три дня и сопровождавшийся всеобщим хождением в гости. К этому празднику готовили обильное угощение и обязательно варили пиво - «канун Егорию». Угощение обычно бывало всенародным: крестьяне приглашали родных и друзей, ходили по соседям и вообще «все ко всем». Часть сусла, приготовленного к празднику, каждый хозяин относил в церковь и ставил к иконе св. Георгия, а после обедни жертвовал причту; священник же после службы выставлял своей пастве угощение. В Сибири «пивной праздник» нередко принимал форму своеобразных братчин-«Канунов», когда прихожане за день до праздника всем миром варили пиво, а потом устраивали всеобщее угощение.
