Киноархив-1966: Гробовщик, вдохновивший Тарантино
50 лет назад вышел фильм «Джанго» – тот самый, что подвигнул Квентина Тарантино снять его первый вестерн. Разумеется, об освобожденных неграх в оригинальном «Джанго» речи не было – заглавного героя там играл статный итальянец Франко Неро. А режиссером фильма был Серджо Корбуччи, который потом переключится на комедии. Две из них – «Блеф» и «Синьор Робинзон» – даже станут хитами советского проката.
Вскоре после окончания Войны Севера и Юга в скверный городишко заявляется некто Джанго (Франко Неро) – одетый во все черное угрюмый молчун, волокущий за собой гроб на веревочке (и, кажется, на колесиках). В городишке, как водится, имеются две враждующие банды – шумные мексиканцы против малокоммуникабельных расистов-южан. Воспользовавшись рецептом телохранителя из фильма Куросавы и Клинта Иствуда из первого вестерна Леоне, Джанго начинает водиться с двумя бандами враз.
Попутно он спасает из лап бандюганов прекрасную Марию (Лоредана Нушак), после чего вроде бы теряется, не зная, что делать с ней дальше. Когда же на странного странника откроют сезон охоты, тот припадет к земле и молниеносно распахнет свой драгоценный гроб. В гробу, как незамедлительно выяснится, и впрямь покоится нечто весьма и весьма насущное.
Через 16 лет этот брутальный пулеметчик сыграет главную роль в историко-революционной эпопее Сергея Бондарчука «Красные колокола»
Серджо Корбуччи – общепризнанное второе режиссерское лицо спагетти-вестерна (после Серджо, разумеется, Леоне). Ровно через год после поворотной и эпохальной леоневской ленты «За пригоршню долларов» Корбуччи по третьему разу начинает пересказывать козырный сюжет о слуге двух господ на языке стетсонов и револьверов – и тоже, как это ни удивительно, срывает с ним банк.
«Джанго» недаром входит в число наилучших итальянских вестернов и ой как неспроста занимает третью строчку в соответствующем хит-параде, составленном Квентином Тарантино. Именно здесь заблистала не ослепительная, но все-таки яркая звезда Франко Неро, именно здесь (а не в «Пригоршне») полились действительно бурные потоки крови и именно тут наметились все главные черты вестернового стиля Корбуччи (от леоневского все-таки очень отличающегося).
Радикально ревизионный подход режиссера к переосмыслению классического вестерна позволяет как раз в Корбуччи видеть главного учителя Сэма Пекинпа, американца, практически в одиночку прикончившего жанр несколькими безжалостными фильмами-выстрелами. Ведь «Джанго» – это, пожалуй, вообще первый вестерн, в котором осознанно переворачиваются с ног на голову все устоявшиеся стереотипы. Персонажи передвигаются отнюдь не по иссушенной раскаленной земле – они практически барахтаются в грязи; главный герой равнодушен не только к женщинам, но и к лошадям (он даже умудряется за весь фильм ни разу не оседлать каноническое животное); драки снимаются ручной камерой, а границы между подлостью и милостью, коварством и озорством размыты окончательно.
Джанго и его верный гроб. Тарантино в своей версии этой истории перекрасил героя в негра, а гроб заменил на немецкого дантиста
Пятнадцать человек на гроб мертвеца – и баста. О какой-либо пригоршне долларов уже и речи нет: деньги – такой же хлам, как и все остальное в жизни. Обескураживающая философия картины «Джанго» шокирует до сих пор – именно поэтому фильм Корбуччи все еще живее всех живых, чего не скажешь про тучи многих прочих спагетти-вестернов, навек увязших в болоте однодневного трэша.
«Джанго» (Django). Режиссер: Серджо Корбуччи. Италия, Испания, 1966
