Ливиафан-3, или Куда деть Владимира Путина

В последнее время становится все более очевидно, что президент РФ Дмитрий Медведев в 2012 году сохранит свой нынешний пост. Что именно он, а не Владимир Путин, поведет нашу страну к сияющим вершинам модернизации.

О том, что Медведев пойдет на второй срок, почти одновременно заявили такие профессионально осторожные и интуитивно одаренные люди, как Анатолий Чубайс, Михаил Горбачев и Владимир Познер. Это вам не скандальный политолог Белковский (который еще пару лет назад говорил, что по логике системы Медведев должен стать преемником самого себя, так как именно лидеру такого типа удобно решать главную задачу российских элит – легализацию их на Западе)!

А с ростом уверенности, что Медведев остается, укрепляется и понимание: с пресловутым «тандемом», который давно стал одним из самых раскрученных российских брендов наших дней, надо что-то делать. Точнее, пора с ним кончать. Абсурдная конструкция, когда в стране есть как бы два президента, должна уйти в прошлое. Вот уже и круги, близкие к первому замруководителя администрации президента Владиславу Суркову, развертывают пиар-кампанию на тему «Убери Путина – ничего не изменится». В хорошем смысле не изменится, мы надеемся.

Но перевернуть тандемную страницу нашей истории возможно лишь при условии, что Владимиру Путину будет определено новое, альтернативное, достойное его место. Заслуги человека, который за 10 лет успел побывать и президентом России, и премьер-министром, и национальным лидером, слишком велики, чтобы Родина могла не думать о его дальнейшей профессиональной судьбе. Очевидно, что просто уйти в никуда Путин не может. Он слишком привык к многочисленным атрибутам власти: бронированным машинам, персональным самолетам и вертолетам, резиденциям и яхтам, полчищам охраны. А главное – привык к демонстративному уважению, поклонению и почитанию. Не отвыкать же!

Да и президент Медведев, я уверен, относится к своему политическому отцу и учителю слишком трепетно, чтобы попросить его покинуть пост премьера, заблаговременно не предложив – а главное, не гарантировав – подходящего плацдарма взамен.

В связи с этим на протяжении вот уже пары недель в российском политическом классе идет негромкая, но жаркая полемика о трудоустройстве Владимира Путина. Ряд наблюдателей и аналитиков, подпитывающихся информацией в Кремле и его окрестностях, высказал предположение, что второй президент РФ вскоре станет международным чиновником. Например, генеральным секретарем НАТО. Ради чего Россия даже вступит в НАТО, убив одним ударом двух исторических зайцев. Или – международным общественным деятелем. Типа главы Международного олимпийского комитета (МОК). И, дескать, вице-президент США Джозеф Байден во время недавнего визита в Москву изложил Путину подобные перспективы.

Надо заметить, что идею о превращении национального лидера в международного чиновника автор этих строк сформулировал в далеком 2007 году, когда Байден еще пешком под стол ходил. И хоть бы одна элитная сволочь сказала Белковскому спасибо! Ну да ладно. Мы, в конце концов, работаем не ради благодарности современников.

Бесспорно, оба варианта – и НАТО, и МОК – имеют свои преимущества. В первом случае Путин остается одной из ключевых фигур мировой политики, персонажем для обложки журнала Time. Сохраняет постоянный контакт с мировыми лидерами, собственный самолет (пусть не такой роскошный, как у национального лидера РФ) и глубоко военизированную охрану. А главное – сделав Путина генсеком НАТО, Запад вынужден будет блюсти его позитивный имидж. А значит, антипутинская кампания в западных СМИ, не прекращающаяся ни на день буквально с момента избрания Путина на президентский пост (2000 год), прекратится или по крайней мере сильно ослабнет.

Что же касается МОК – то Путин уже хорошо знаком со многими ключевыми фигурами этой организации. И не просто знаком – но накопил опыт взаимовыгодного сотрудничества. Не случайно же МОК отгрузил нам – вопреки объективным показателям и предпосылкам – зимнюю Олимпиаду в Сочи. Кроме того, если генсек НАТО может оставаться в кресле лишь пару четырехлетних сроков, а дальше уже неприлично, то МОКом можно управлять вечно – хоть до 120.

Но, как мне представляется, есть за пределами России одна должность, или, если угодно, одно место, о котором до сих пор не говорят. Но которое подходит для посттандемного Путина практически идеально. Не говоря уже о том, что на этой позиции Владимир Владимирович мог бы решить кучу проблем международного сообщества.

Это место – лидер Ливийской Джамахирии.

Судите сами. Ситуация вокруг нынешнего лидера, полковника Муаммара Каддафи, заходит в глухой тупик. С одной стороны, ему, кажется, удалось разгромить своих противников и удержать власть – хотя бы даже и на краткосрочную перспективу. С другой стороны, ведущие мировые державы уже подписались под тем, что Каддафи должен уйти. Сам Барак Обама отчетливо сказал об этом еще две недели назад. А президент Франции Николя Саркози, обеспокоенный ростом рейтинга своей возможной соперницы на выборах-2012 Марин Ле Пен, и вовсе признал ливийский Временный переходный совет законным правительством страны и отправил французского посла в Бенгази. Даже Лига арабских государств (ЛАГ), в которой Ливия еще недавно была председателем, единодушно согласилась, что Каддафи надо убирать. Остается вопрос: как?

И здесь Владимир Владимирович может сыграть особую всемирно-историческую роль. Ведь он как никто умеет убеждать и уговаривать правителей каддафистского типа.

Для начала Путин мог бы стать спецпредставителем мирового сообщества (ООН, ЕС, НАТО и ЛАГ, вместе взятых) по урегулированию ливийского вопроса. Прибыв в Триполи с соответствующим мандатом, Путин раскрыл бы Каддафи перспективу мирного ухода от власти. Условие ухода: исчисляемые десятками миллиардов долларов деньги Каддафи, арестованные ныне в банках по всему миру, размораживаются – и легализуются посредством их размещения на депозитах в Газпромбанке, а также приобретения ценных бумаг компаний «НоваТЭК» и Gunvor (последняя, судя по всему, в 2012 году постарается выйти на IPO – тут-то миллиарды Каддафи и пригодятся). Конечно, лидеру ливийской революции придется за такую операцию заплатить откат в районе 30—40% – ведь без отката, как мы знаем, современной эффективной рыночной экономики просто не бывает. Зато он спасет главную часть своих гигантских денег, и восемь его детей не останутся голодными. Ну и, важнейшее: как мы и предлагали в работе «Ливиафан-2», нынешний ливийский правитель может получить от Путина гарантии убежища на постсоветском пространстве. Только уже не в маленькой Белоруссии, а в большой России. Где создатель фонда «Федерация» Владимир Владимирович Киселев мог бы ежевечерне услаждать слух полковника голосами самых разных звезд мировой эстрады.

Если Путин уговорит Каддафи уйти и освободить себе место – это будет результат, достойный Нобелевской премии мира.

Но вернемся к вопросу: привлекательна ли для самого Путина позиция лидера Джамахирии? На мой взгляд, более чем. Аргументов «за» сразу несколько.

Во-первых, Путин вновь станет главой государства (пусть и не российского), со всеми вытекающими отсюда статусными последствиями.

Во-вторых, Владимир Владимирович окажется в психологически комфортной для него нише авторитарного правителя страны с только что разгромленной оппозицией.

В-третьих, в Ливии мы наблюдаем классическую сырьевую экономику, где нет ничего существенного, кроме нефти. А кто у нас лучший в мире специалист по сырьевой экономике?

В-четвертых, главный партнер Ливии в Европе – это Италия, а в Италии у нас имеется близкий друг и деловой партнер Путина Сильвио Берлускони.

В-пятых, Ливия – африканская страна, и ее лидер не обязан корчить из себя европейца, на что у Путина как российского руководителя уходит очень много времени и сил.

В-шестых, и Путин, и Каддафи – оба полковники. Потому предлагаемая рокировка не вызовет когнитивного диссонанса у вооруженных сил Ливии, привыкших подчиняться полковнику.

В-седьмых – пожалуй, главное: как неоднократно подчеркивал сам Муаммар Каддафи, позиция лидера Джамахирии – неформальная. Это значит, что на новом месте Владимир Путин получит возможность всем управлять, ни за что не отвечая. Оптимальная для него модель пребывания во власти.

Став лидером Джамахирии, Путин мог бы использовать все лучшее, что остается от Каддафи. Например, охрану из нескольких сот молодых женщин. Или свободный дресс-код. Представляете, как убедительно смотрелся бы Владимир Владимирович, например, на трибуне Генеральной ассамблеи ООН в своем любимом дзюдоистском кимоно? А на саммите ЕС – Ливия – в свежем костюме от Джона Гальяно, с черной вуалью и пикантным гульфиком?

Так или иначе, уже очевидно, что замена Каддафи на Путина в максимальной степени устроит всех: Россию, Европу и мир, включая саму Ливию. Но надо торопиться. Ведь из-за нерешенности вопроса о будущем Владимира Путина задерживается начало российской модернизации. А исторического времени, по мнению большинства экспертов, у нас осталось немного.