Квачков нашел общий язык с Ходорковским
"Мое нахождение под стражей - это попытка дать возможность продолжать уничтожение нашего государства таким, как Чубайс», - заявил вчера в Басманном суде отставной полковник ГРУ Владимир Квачков.
Главный обвиняемый в организации покушения на главу РАО "ЕЭС" не скрывал своей антипатии к потерпевшему. Однако он продолжал утверждать, что непричастен к преступлению. Впрочем, суд не поверил бывшему военному и продлил Квачкову срок содержания под стражей еще на три месяца – до 18 декабря.
«Свобода Квачкову!», «Чубайса на нары!» - с такими плакатами расположились у здания Басманного суда около четырех десятков сочувствующих арестованному православных верующих. Одетого в синий спортивный костюм Квачкова они встретили аплодисментами.
Поддержать обвиняемого в суд пришли также его супруга Надежда и дети - Анна и Кирилл. "Чубайса не любит каждый второй, но за это сажать человека нельзя, - выразила общее мнение семейства Анна Квачкова. - Отец не может быть причастен к этому преступлению".
Из материалов, представленных в суд, следовало, что Квачков являлся организатором покушения на Анатолия Чубайса, которое произошло 17 марта этого года в полутора километрах от поселка Жаворонки Одинцовского района. Там находится дача главы РАО "ЕЭС". Нападение было совершено "на почве общих экстремистских взглядов" группой, в которую входили Квачков и его сын Александр, бывшие десантники Роберт Яшин и Александр Найденов, а также Иван Миронов - сын бывшего министра печати и информации РФ Бориса Миронова.
"Яшин снял квартиру в Одинцовском районе. Участники преступной группы приобрели два автомата Калашникова, пистолет, патроны к ним, а также взрывное устройство", - гласили материалы дела. Заговорщики заложили бомбу на Митькинском шоссе, по которому должен был ехать Чубайс, а сами расположились в лесополосе, в 50 метрах от дороги. В 9.15 утра взрывное устройство было приведено в действие. Одновременно по машине главы РАО "ЕЭС" было произведено более двух десятков автоматных выстрелов. На месте происшествия позднее был обнаружен магазин с "бронебойно-зажигательными пулями и со стальным сердечником". Но злоумышленники не знали, что машина Чубайса была бронированной.
Квачкова задержали в тот же день. Ему предъявили обвинение в организации покушения на убийство, а также в незаконном приобретении оружия и взрывчатки. Арестованным спустя месяц Найденову и Яшину инкриминировали непосредственное исполнение преступления. А младших Миронова и Квачкова объявили в розыск.
Пока защитники изучали ходатайство прокуратуры о продлении содержания под стражей, Квачков из-за решетки общался с родственниками и друзьями. "Кто в камере? Люди все порядочные - убийцы, грабители, мошенники, - шутил Квачков. - Восемь человек". Рассказал Квачков и о своих беседах с Михаилом Ходорковским, с которым он провел в одной камере специзолятора 99/1 целый месяц: "Мы по пять-шесть часов говорили с ним об обстановке в стране. Нашли общий язык. Я назвал его национальным либералом, а он в свою очередь назвал меня либеральным националистом. Я сказал ему, что такие управленцы и менеджеры нам нужны. Если вы делаете все для России, мы вас будем амнистировать. Если все деньги будут возвращены и национализированы". Ходорковский в шутку спросил: "Ну а мне оставите хотя бы нефтеперерабатывающий заводик?" - "Для начала оставим, сказал я, но денег у вас не будет ни цента, - поведал подсудимый. - Впрочем, мы договорились, что зарплата будет высокая".
Когда слушания возобновились, представитель Генпрокуратуры Антон Тронин объяснил, почему Квачков должен в дальнейшем находиться за решеткой. Во-первых, он обвиняется в тяжком преступлении и, находясь на свободе, может уничтожить доказательства и воздействовать на свидетелей. Во-вторых, он попросту может скрыться.
"Сорок лет я учился, служил, работал. От кого мне скрываться? От жены, матери, друзей, внуков, любимой работы?! - возмутился арестованный. - Даже если предположить, что я и мои товарищи имели планы уничтожить Чубайса, то, по мнению прокуратуры, получается, что Чубайсу и всем мерзавцам в случае моего освобождения придется скрываться из России?! Да, я офицер, диверсант, разведчик. Но я никогда не применял свои навыки против людей, только против врагов. Если следовать логике прокуратуры, то единственное основание моего содержания под стражей - это спасти Чубайса. Пожалуйста, спасайте!"
Адвокат Квачкова Алефтин Мошанский просил изменить меру пресечения на любую другую, не связанную с лишением свободы. По просьбе адвокатов суд приобщил к материалам дела 24 личных поручительства за Квачкова, в том числе и депутата Госдумы Виктора Илюхина.
Однако суд оставил Квачкова под стражей. Аналогичное решение суд принял и в отношении Александра Найденова. Адвокаты заявили, что намерены обжаловать вынесенные постановления в Мосгорсуде.
