Алексей Аксютенко: «Всё это – большая бутафория». Интервью Бабра
Политический консультант Алексей Аксютенко – частый герой материалов Бабра. На этот раз журналист редакции встретился с Алексеем, чтобы поговорить о насущном. Затронули темы предстоящих выборов в Госдуму, обсудили муниципальную реформу, оппозицию в крае и актуальную политическую повестку.
– Алексей, в следующем году выборы в Государственную думу. По вашему мнению, как сложатся дела у красноярских депутатов? Что будет с действующими?
– Я знаю, кто хочет баллотироваться, но не знаю, кто будет баллотироваться, потому что зависит это не от них. Из действующих в Госдуме хотят остаться Швыткин, Ерёмин и Дроздов.
У Швыткина сложилась достаточно интересная ситуация, связанная с его политической депривацией с руководством Госдумы. Здесь и высказывание Володина, и влияние Соловьёва, и выступление Васильева. Всё это создаёт неприятную атмосферу для Юрия Николаевича. Как будто его в Госдуме не очень уважают и не очень хотят видеть. Тенденция тревожная, потому что и Васильев, и Володин оказывают влияние на принятие итогового решения. И даже огромного желания Сергея Александровича Пономаренко протащить Юрия Николаевича в Госдуму может не хватить. Не пойдут в зачёт и его многочисленные награды, которые он сам себе иногда и продавливает, например, почётный гражданин города.
У Швыткина уже нет той уверенности, с которой он шёл на выборы в первый раз. Тогда он был заметным депутатом Заксобрания, у него была поддержка народа, которую он успел растерять. Люди в нём разочаровались. В его округе регулярно происходят неприятные ситуации. Тут и муниципальная реформа, протесты по которой он полностью игнорировал. И история с тарифами в Бражном, куда Швыткин приехал только с появлением федерального канала НТВ, чтобы дать комментарии.
Для него это очень странная позиция. Швыткин оказался в непростой ситуации. Интересно, как он будет из неё выходить.
Что касается Ерёмина. Он считает, что Русал ему поможет, поэтому достаточно активно ведёт с ним переговоры. Пока это происходит кулуарно, но тем не менее.
Но у Сергея Васильевича есть один неприятный момент. Оба его бывших зама – Логинов и Давыдов – находятся в СИЗО. А они обладают определённой информацией про Ерёмина.
Я думаю, что в рамках сотрудничества со следствием, которое они неизбежно выберут, про Ерёмина что-то станет известно. И то, что такая информация есть, – это точно. Возникает большой вопрос – будет ли согласован Ерёмин при наличии такой информации. К тому же у Сергея Васильевича не очень хорошие отношения с краевой властью.
Все помнят, что губернатор Котюков рекомендовал Ерёмина в Госдуму, но не все помнят, что перед этим он уволил его с должности заместителя губернатора. Получается, Котюков не захотел видеть Ерёмина своим замом. Кстати, это увольнение было одним из немногих со стороны Котюкова. При таком прохладном отношении карьерные перспективы в части избрания Ерёмина депутатом Госдумы находятся под большим вопросом. Недавнее исключение из президиума регионального отделения партии «Единая Россия» тоже неприятный сигнал.
Что касается Дроздова, думаю, проблем не возникнет, если только не случится непредвиденных обстоятельств. Например, губернатор Котюков не захочет получить от Русала какую-то дополнительную помощь на выборы. Дроздов – человек Русала. Компания сохранит за собой право этого места в Госдуме. Дроздов не очень принципиальный, как самостоятельная политическая фигура не существует, в отличие от Швыткина и Ерёмина. Но если конфликт вокруг акций аэропорта зайдёт в тупик, то у Дроздова могут появиться сложности с избирательной кампанией. После ареста директора «ЦТЛ» Августиновича можно ждать неожиданных событий.
– Это что касается действующих депутатов. А кто-то ещё может проявить желание? Есть мнение, что хочет идти Пензина.
– Да, есть такое мнение. Елена Пензина хотела идти в Госдуму очень давно, ещё вместо Ерёмина. Вот только к Пензиной есть вопросы у силовиков.
Раньше существовала четвёрка депутатов, которая очень активно вела себя в политическом пространстве: Пензина, Иванова, Глисков и Селезнёв.
Как бизнес-партнёры, наибольшую активность проявляли Глисков и Пензина. Есть некоторые публикации, в которых рассказывается о том, что Глисков и Пензина вместе якобы шантажировали одного предпринимателя, чтобы получить деньги. Подтверждения, достойного внимания силовиков, эта история не получила, однако сам факт своеобразного партнёрства Пензиной и Глискова никуда не делся.
Пензину оставили в покое, не арестовали. Но думаю, что в процессе работы силовиков с Глисковым много чего стало известно. Появление этой информации в публичном пространстве может означать для Пензиной и прекращение карьеры депутата, и ограничение свободы. Этого может и не случиться, но даже мифические риски для «Единой России», что их кандидат попадёт в такую ситуацию, особенно в Красноярске, думаю, маложелательны.
– А что касается кандидатов от оппозиции? ЛДПР, например?
– Вполне вероятно, что ЛДПР будет выставлять кандидатов. И Бойков, и Петров, которого сейчас пиарят, они могут пойти. Но у Бойкова возникли сложности, и, по некоторым данным, он покинул пределы страны. Вообще, по системной оппозиции решение будет приниматься в Москве. Сколько готовы будут дать мест ЛДПР, КПРФ, «Новым людям», столько и дадут.
– Раз уж про ЛДПР заговорили, как оцените то, что произошло с Глисковым? Это показательная казнь или что-то другое?
– Это непонятно вообще. С точки зрения краевой политики Глисков никому не мешал. Он был абсолютно понятный, управляемый. Я не понимаю, зачем нужно было его убирать из политического пространства. Но часто люди принимают импульсивные решения.
Мне кажется, это позиция Москвы. Глисков планировал переезд в Москву. Не нужен был такой яркий политик, потому что для них это дополнительная проблема, суета. Зачем им это, когда у них всё должно быть понятно и управляемо. Но в целом ЛДПР ещё больше ослабили. Нужны ли такие невнятные оппозиционные силы краю? Может быть, и нужны.
– Системная оппозиция в крае управляемая?
– В целом всё управляемо. Все краевые партийные ячейки.
– Что скажете о муниципальной реформе? Вернее, о её начавшихся последствиях.
– Муниципальную реформу приняли, как уже понятно, с серьёзными нарушениями. О некоторых из них, похоже, краевые власти ещё даже не подозревают и не понимают, во что это выльется. Последние события показывают, что реформу уже начали править. Но править её предстоит не раз и не два.
Что касается разрешения горсовету выбирать мэра. Во-первых, оставили без права выбора 35 тысяч человек, которых только что присоединили. Эти люди не могут выразить своё отношение к избирательной кампании мэра в форме конкурса через своих депутатов, потому что депутатов у них нет. Получается, что у этих новых жителей Красноярска жизнь началась с того, что на их права всем плевать. Как будто это не очень правильно.
Стоит ли напоминать про изменение устава Красноярска для того, чтобы можно было избрать мэра. И хотя изменения внесены, а мэр избран, устав ещё не утверждён Минюстом, так что выборы получились нелегитимными. Градоначальника избрали и назначили в нарушение действующего устава города. Вот такие последствия тайного и поспешного принятия реформы.
Более того, и проблемы с сестрой, и неожиданная медийная активность супруги нового мэра Верещагина вносят в его ещё не начавшуюся деятельность ненужную турбулентность. История с пропиской так и вовсе ставит под сомнение законность прохождения Верещагиным комиссионного отбора. Ведь по закону человек, избираемый по любой процедуре мэром города, должен быть зарегистрирован на территории города, а Верещагин сам признался, что регистрации у него нет и он этим вопросом не заморачивался. Вот и получается неприятная ситуация уже на старте работы.
– Что скажете про вашу коллаборацию с журналистом Дмитрием Полушиным?
– Никакой особенной коллаборации нет. Меня приглашают, я даю комментарии. Я поддерживаю такую медийность.
– Вы считаете себя оппозицией? Хоть и не являетесь политиком.
– Оппозиция – это когда идёт борьба за власть. А я за власть не борюсь, мне она не нужна. Я высказываю своё альтернативное мнение. У любой ситуации есть две стороны. Чтобы принять грамотное решение, нужно видеть обе. Если, видя отрицательную сторону, власть принимает решение несмотря на это, она берёт на себя ответственность. И важно, чтобы власть понимала, что она берёт на себя ответственность, а не делала потом круглые глаза подобно Людвигу Аристарховичу из «Нашей Раши», который удивляется: «Ой, а кто это сделал?»
Моя задача – показать, что вы делаете вот это, будет вот так. Как, собственно говоря, и было с муниципальной реформой. Я говорил: «Вы не спешите, вы ошибаетесь, вы накосячите». А теперь они накосячили и исправляют свои косяки. Вопрос в том, что я это делаю бесплатно, по желанию. А они за это зарплату получают.
У власти даже нет понимания последствий муниципальной реформы. Ведь вспомнить, они говорили, что она бюджету ничего не будет стоить. Во-первых, увольнение людей – это компенсационные выплаты, это уже бюджетные деньги. Во-вторых, – выборы. Несколько территорий взяли кредиты на эти цели. И это тоже всё деньги.
Следующая история в том, что все градостроительные документы новых территорий не действуют. Для них нужно сделать генпланы. А для этого понадобится минимум 500 миллионов рублей. Только генпланы! И ещё времени сколько, потому что 39 территорий. Нельзя одновременно сделать генплан, потому что нет стольких проектировщиков. На разработку может уйти лет пять. А за генпланом понадобится проект землепользования и застройки, карты территориального планирования, проекты планировок. Это ещё полмиллиарда. И вот он миллиард рублей. Во столько обойдётся «ничего не стоящая» реформа. И об этом же никто не говорит.
А самое главное, никто так и не может объяснить – как муниципальная реформа улучшит жизнь людей.
– Как вам Михаил Котюков на посту губернатора?
– Ему не хочется работать губернатором, это видно. Он не особо старается, ему наплевать на людей, неинтересны их реальные проблемы. Он создаёт видимость работы эффективного губернатора. Реальных дел для жителей края никаких не делает. Всё это – большая бутафория. Ему надо не провалиться в глазах Москвы, показать, что он эффективный управленец. И с одной стороны он весь такой молодец, различные форумы проводит, а с другой – у него мэра за коррупцию арестовывают.
– И ведь он делает вид, что ничего не происходит.
– А что ему остаётся делать? Либо браться разгребать это всё, тогда это как будто бы ответственность. А так получается, как будто так и надо.
– Как думаете, метро построят? Это же теперь ответственность Котюкова?
– Если бы это была ответственность Котюкова, метро бы не построили. Это ответственность Хуснуллина. Ему дал задание президент. Поэтому метро построят. А от Котюкова метро не зависит.
Несмотря на то что он регулярно докладывает, сколько прокопала «Соломея», а сколько «Екатерина», вся эта история связана с деятельностью Хуснуллина, и он за неё отвечает.
– Но строительство же работает на имидж Котюкова?
– Безусловно, только на имидж и работает. Если бы Москва не занималась этим, метро бы не строилось. Никакой Котюков бы с этим не справился. Это факт.
– Почему?
– Тут и финансовые потоки, и уровень влияния на застройщиков, подрядчиков и так далее. Это всё уровень Москвы. Котюков даже с его уровнем влияния и ментальностью не способен на то, чтобы управлять таким процессом.
Видно, когда со строительством метро происходят конфликтные ситуации, Котюков туда не вмешивается. У него бутафорская функция. Ходить в каске и рассказывать про то, сколько «Соломея» чего прокопала. И всё.
Остальное делает Хуснуллин, и это совершенно другой уровень. Если что-то произойдёт и Хуснуллин не будет отвечать за реализацию этого проекта, он не достроится.
– По вашему мнению, каким будет наступающий 2026 год?
– В политическом плане год предстоит очень интересный. Суд над большим количеством чиновников и бизнесменов во главе с бывшим мэром точно задаст определённый вектор. Плюс политическая активность желающих попасть в законодательное собрание и кампания в Госдуму. Всё это будет на фоне первых шагов нового мэра, задержаний очередных чиновников и отставок в городской администрации и краевом правительстве. Интересного будет много. Так что работы журналистам и политическим аналитикам хватит.
– Спасибо за беседу. С наступающим Новым годом!
