МУПы: реанимация по-иркутски. Как монополии учат побеждать рыночную экономику

Когда-то, в 2020 году, федеральный законодатель решил навести порядок. Госдума приняла закон, который должен был очистить рынок от государственных и муниципальных унитарных предприятий (строго по перечню видов деятельности).

Идея была простая и отчасти правильная: МУПы и ГУПы, как правило, убыточны, неповоротливы, искажают конкуренцию, а бюджеты тратят существенные средства на их содержание. Им дали срок до 1 января 2025 года – реорганизуйтесь в АО или ООО, или уходите на свалку истории.

Но здравый смысл в России – вещь нежная. Вокруг реформы ходила куча слухов и перетолков, а в итоге правительство решило, что реформа, оказывается, дело хлопотное, и спокойно перенесло дедлайн на 1 января 2028 года. Госплан по ликвидации неэффективности подменился простым переводом стрелок.

И вот теперь мы наблюдаем прекрасную картину в Иркутске, где бывшие «убыточные монстры» показывают, как надо работать по-новому, не выходя из старой парадигмы.

«Окупаемость» по-иркутски

Пока одни регионы, как назидательная Бурятия, отчитываются об успешной ликвидации МУПов, в Иркутске все с точностью до наоборот. Местные МУПы решили не просто выживать, а «окупаться» – причем весьма оригинальным способом, замешанным на картельном сговоре.

Схема, как водится, проста до безобразия. МУП «Иркутскавтодор» и МУП «Горзеленхоз» вместе с частными фирмами («Союзстрой», «Союз-град» и прочими) договаривались на торгах так, что победа всегда оставалась за муниципалами. Частники просто делали вид, что конкурируют, а потом уходили в субподрядчики. Классический сговор, который УФАС вскрыло еще в 2021 году.

Итог – суд обязал взыскать с ответчиков более миллиарда рублей. Мэр Иркутска Руслан Болотов уже бьет тревогу: «Банкротство, некому будет убирать город!». Хотя уверенности в том, что он переживает именно за город, пожалуй, нет…

Монополия на котлету

Причем примеры того, как МУП «заботится о городе» есть и лежат на поверхности.

МУП «Комбинат питания» десятилетиями кормил иркутских школьников. Точнее, он их кормил, попутно обрастая долгами перед поставщиками и убытками, которые в итоге доросли до 88 миллионов. Но при этом через него проходили миллиардные контракты. Логика «убыточности» в духе «навар есть, а денег нет» – старая как мир.

И вот появляется красноярская компания «Краспит», которая выигрывает тендер на 403 миллиона рублей. И тут начинается самое интересное. «Краспит» вдруг не может зайти в школы: по их версии, их не пускают. Дети сидят голодные, мэр Болотов орет о срывах, а школы в экстренном порядке заключают новые контракты уже на 580 миллионов – с тем же МУП «Комбинат питания».

Удобно, правда? МУП проигрывает конкурс, жалуется (или кто-то жалуется за него), УФАС принимает сторону частника, а потом частник «срывается», и монополист возвращается на рынок, да еще и с большим бюджетом. По данным расследователей, администрация Болотова подала девять исков к УФАС, чтобы оспорить победу «Краспита», а чиновников уже дисквалифицировали за махинации с питанием.

Кому выгоден этот цирк? Очевидно, тем, кто привык отстегивать 20-30% от каждого бюджетного рубля своим субподрядчикам.

Еще пару лет назад МУПы были пережитком прошлого, которые пора закрывать. Сегодня мы видим, что в Иркутске их не просто сохраняют – их превращают в инструмент для удержания власти и бюджетных потоков. Реформа, обещавшая здоровую конкуренцию, буксует, правительство переносит сроки, а в регионах тем временем расцветает «ручное управление» монополиями под видом «заботы о детях» и «жизнедеятельности города».

Закон есть закон. Но когда он мешает чьим-то прибылям, его можно подождать до 2028 года. А пока дети будут есть ту еду, которой их накормит прикормленный мэрией МУП, а дороги будет ремонтировать тот, кто умеет договариваться.

Ну и о каком развитии тут может идти речь?