У Ларисы Егоровой была собака, она ее любила...

Мало кто заметил, но лидер «Справедливой России» в Иркутской области, депутат Законодательного собрания региона Лариса Егорова пережила революцию в мировоззрении.

Вспомним, что она говорила о законопроекте об эвтаназии бродячих собак, когда документ только рождался. Это слова Ларисы Игоревны в январе 2024 года:

«Сегодня по просьбе зоозащитных организаций я провела открытую встречу с их активистами. Люди обеспокоены законопроектом об эвтаназии невостребованных бездомных животных, который сейчас якобы разрабатывают в Иркутской области.

Зоозащитники уверены, что данный проект закона является не только живодерским, но и антиконституционным».

То есть, еще раз: та, прежняя Лариса Егорова в принципе отвергала разрешаемое законопроектом физическое уничтожение бродячих собак. Ну, раз была на стороне зоозащитников. Еще одна цитата из прежней Ларисы Игоревны (это февраль 2024 года):

«Отношение к животным – это индикатор человечности. Призывы к убийству безнадзорных животных снижают этот индикатор до нуля. Конечно же, агрессивных стай не должно быть на улицах, но исходящие от муниципальных чиновников инициативы по «гуманной эвтаназии» – это не про борьбу со стаями. Это – про бесконтрольное использование бюджетных средств и создание в обществе культа жестокости... Легализация убийств откроет еще больше возможностей для коррупции, хищений и липовой отчетности... Поэтому я категорически против живодерских законов, которые были приняты в нескольких регионах. За всем этим скрывается, в лучшем случае, неспособность местных властей организовать работу, в худшем – коррупционные перспективы».

Отдельно стоит обратить внимание на словечко «якобы»: в январе 2024-го Егорова типа не в курсе, что такой закон начали писать.

Но!

В ноябре 2025 безлошадную до того Егорову назначили заместителем председателя комитета по строительству и дорожному хозяйству на постоянной основе, то есть с немалой зарплатой. То есть снова воцарился взаимовыгодный мир между неистовой иркутской «Справедливой Россией» и действующей властью. И все! Лариса Игоревна тут же разглядела в ругаемых ранее местных властях способность организовать работу с собаками.

И на апрельской сессии, на которой и принимали в первом чтении закон об эвтаназии, Лариса Егорова уже озабоченно интересовалась, сколько денег понадобится на ликвидацию собак? Ну хоть «на первое время». Хватит ли? И, конечно, ни слова против этого самого физического уничтожения собак, зеленый свет которому дает документ, то есть ни слова против той самой «легализации убийств», «создания в обществе культа жестокости», которые лидер иркутских эсеров раньше клеймила.

«Как заработают новые меры, когда в области нет ни пунктов временного размещения, ни государственных питомников? 50 процентов отлавливаемых собак кому-то принадлежат, но учет отсутствует. В этом – одна из главных проблем. Будет ли работать закон, допускающий эвтаназию, когда ее не на что осуществлять? Давно пора пересмотреть подходы к отлову. Сначала инфраструктура и учет – потом результат», – говорит теперь новая Лариса Егорова, и любой собаке ясно, какой жутковатый смысл вкладывает она в понятие «результат».

То есть саму-то эвтаназию, которая доводит до исступления зоозащитников, эту «живодерскую» и «антиконституционную» (в прежнем понимании Егоровой) меру Лариса Игоревна теперь понимает как нечто само собой разумеющееся. Ведь именно из этих самых пунктов временного размещения, или ВПР, отловленных тотально собак и будут отправлять в страну сахарных косточек. Вот какие там поправки ни вноси, какие виньетки ни рисуй, а смысл-то принятого в первом чтении закона именно в этом. Иначе не стоило и начинать, потому что властям до чертиков надоела колготня с бродячими собаками, которые того и гляди опять на кого-нибудь нападут, и кто-то из чиновников сядет. А система будет вынуждена кого-то скормить в жертву народному гневу.

Все это Лариса Игоревна прекрасно понимает и не собирается пихать палки в колеса закону. Вот и на митинг зоозащитников в Иркутске 26 апреля не пришла ни она, ни на худой конец ее представители. Вместо этого Егорова записала ролик, где расплывчато говорит о необходимости внесения каких-то поправок ко второму чтению и оставаться людьми. Прекрасно понимая, что покраска приклада в розовый цвет ничего не изменит в основном назначении ружья...