Ампутация самоуправления: цена кресла мэра для Максима Романова

По Иркутской области продолжает семимильными шагами двигаться муниципальная реформа. Очередная жертва упразднения первого уровня муниципальной власти – Нижнеилимский район. Причем жертва – в прямом смысле этого слова. Не рады изменениям в районе целые населенные пункты, объявляющие бойкот новым правилам, да и самоцель модернизации, проведенной мэром, не оправдывает средства.

Но обо всем по порядку.

Иркутская область в вопросе упразднения местного самоуправления на уровне сельских и городских поселений пока уверенно затыкает за пояс соседей. Например, в Красноярском крае в октябре прошлого года «под нож» реформы отправились только шесть муниципалитетов: три – в 2019 году, еще три – в 2024-м. В соседней Бурятии и вовсе лишь в 2024 году началось преобразование, затронувшее пока только два муниципалитета.

Причин охотного преобразования много – это и сокращение бюджетных расходов на проведение муниципальных выборов и содержание аппаратов множественных дум и администраций, и упрощение системы принятия решения и разделения компетенций разных уровней власти. Но вопросов тоже немало. В первую очередь, это вопрос управляемости отдаленных сельских территорий, про которых администраторы из единой столицы и единой думы могут запросто забыть.

Но Иркутская область сломя голову ломится в новую реальность, забывая о существующих рисках. И Нижнеилимский район – яркое тому подтверждение.

Район до окончательного перехода содержит в себе семнадцать муниципальных образований. Преимущественно – это сельские территории, к тому же разбросанные по разным берегам Илимского водохранилища на существенном расстоянии друг от друга. Сравнивать Нижнеилимский район можно с Братским или Тулунским – много поселков и деревень, в каждой из которых своя система ЖКХ, свои нажитые годами проблемы и устои.

Да, в Нижнеилимском есть столица – большой город Железногорск-Илимский. Но для сравнения есть и городское поселение Новая Игирма, численность которого лишь вполовину меньше. И она, Игирма, тоже лидер в муниципальной политике, вполне себе соперничающая с Железногорском.

Именно Игирма стала оплотом противостояния муниципальной реформе. Глава поселка Николай Сотников открыто выступил против, притянув к себе и городских депутатов и общественность. К сожалению или к счастью, один поселок – слишком мало, чтобы противостояние было услышано. Реформа случилась без участия Новой Игирмы, проигнорировавшей процедуру преобразования. Впереди – выборы окружного мэра и окружной думы. И именно в них, на самом деле, прячется самоцель реформы.

Для Максима Романова грядущие выборы – третьи в политической карьере. До этого он долгое время был депутатом поселковой думы, затем стал главой поселка Соцгородок. Объединение для него было волшебным посохом, должным провести его в пул кандидатов «Единой России», поддержанных иркутским политическим блоком. И сломя голову Романов поставленную задачу выполнил. Осталось только дождаться, когда партия «позолотит ручку», недаром ведь стартовал праймериз.

Романов в этом плане вообще яркое отражение политической культуры Иркутской области. При Левченко был коммунистом, в 2020 году, когда были еще неясны позиции нового на тот момент губернатора, взял нейтралитет и выдвинулся в качестве самовыдвиженца, а теперь лезет в вагонетку «Единой России», чтобы быть в тренде.

Вот только потеряв собственное лицо в поисках трендов, можно потерять и мэрское кресло. Недаром общественность скачков Романова не оценивает, забывая, кто все-таки их мэр – коммунист, колумнист или популист. Но ближе все-таки к последнему…

Совсем скоро имя нового фаворита от «Единой России» будет оглашено. О кандидатурах мы уже рассказывали чуть раньше, когда реформа еще буксовала на месте. Теперь чаша весов склонилась в другую сторону, но жителям стоит помнить, на что было променяно мэрское кресло в глазах единороссов – на их, жителей, самостоятельность и мнение.

И в этой войне не все средства хороши. Хоть цель и достигнута.

Фото: irk.kp.ru