Летаргический сон иркутского Заксобрания
После выборов губернатора Законодательное Собрание Иркутской области фактически перестало функционировать. Вернее, законопроекты в нем все еще худо-бедно принимаются, а вот с политикой все совсем печально.
Дебаты, громкие демарши КПРФ и тонкие аппаратные ходы «Единой России» — все это в прошлом. Иркутский парламент больше не место для дискуссий. Да, сессии собираются регулярно, и депутаты даже что-то на них принимают и за что-то голосуют, однако нет ни былого драйва, ни политического нерва.
Безусловно, столь заметное охлаждение парламентской жизни связано с пассивностью двух крупнейших фракций, коммунистов и единороссов. И те и другие слабо заинтересованы в том, чтобы «качать» повестку, но по разным причинам.
В обкоме КПРФ продолжается затяжной кризис, связанный с ослаблением позиций экс-губернатора Сергея Левченко. Администрация президента недвусмысленно дала понять, что карьера Сергея Георгиевича на федеральном уровне закончена — прохождение Левченко на освободившееся место депутата Госдумы было заблокировано, и одновременно, чтобы снять все вопросы, сын бывшего главы региона Андрей Левченко был упрятан в СИЗО в рамках громкого уголовного дела.
В настоящий момент Сергей Левченко практически безвыездно живет в Москве, пытаясь вызволить сына из тюрьмы. Естественно, работа в Иркутской области, на уровне обкома и Заксобрания, в этих условиях оказалась полностью провалена, следствием чего стала крайняя незаинтересованность депутатов от КПРФ играть на обострение. Коммунисты заняты внутренними интригами, в частности, на повестке дня все острее стоит вопрос смены первого секретаря обкома и руководителя фракции в Заксобрании. Оба поста все еще занимают члены семьи Левченко, однако вряд ли это продлиться долго.
Иначе обстоят дела в ИРО «Единой России», которая за последние два года вернула под свой контроль большинство муниципальных образований области и, в целом, вновь обрела статус партии власти. Однако следует понимать, что губернатора Игорь Кобзев и руководство ИРО принадлежат к разным группировкам внутри большой путинской «вертикали». Это создает известный конфликт — единороссы не могут открыто критиковать кремлевского губернатора, но и помогать ему не торопятся.
С другой стороны «Единая Россия» вообще не имеет какой бы то ни было политической субъектности. Это партия инструмент, партия функция. И здесь возникает новая проблема: в год, когда страна переживает жесточайший экономический, социальный (да и просто медицинский) кризис, единороссы полностью выключены из актуальной повестки. Они не могут атаковать Мишустина, Набиуллину, Путина, не могут ставить вопрос о провальном бюджете 2020-21 годов, не могут поднимать тему о распечатывании ФНБ и других финансовых кубышек страны. Говоря проще, единороссы не могут вообще ничего. Только молча одобрять все решения Верховного и поздравлять избирателей с Днем народного единства.
Понятно, что в таких условиях и КПРФ, и «Единая Россия» стараются максимально засушить внутриполитическую повестку. Эта тенденция наглядно просматривалась при обсуждении бюджета региона на 2021 год — самого провального за последние десять лет, о чем БАБР подробно писал ранее.
3 ноября в Заксобрании прошли публичные слушания по бюджету. И что же? Заслушав шокирующий (с точки зрения цифр) доклад Минфина, депутаты от КПРФ дежурно возмутились падением доходной части, а единороссы и вовсе отделались общими замечаниями о необходимости сохранить «социальную направленность» казны. Ожидается, что на сессии 11 ноября обе фракции дружно поддержат бюджет в первом чтении. Поразительное единодушие, учитывая, повторимся, жестко-кризисное содержание законопроекта.
БАБР следит за развитием событий.
Фото: Алексей Кушниренко
_(1)_(1)_25023642_b.jpg)
