Мой Горбачев

19 августа 1991 года в три часа дня магазин «Хлеб» открылся с обеденного перерыва. Я жил в соседнем доме и поэтому вышел, не спеша, в пять минут четвертого.

Магазин был открыт, но хлеб никто не покупал. Человек пятьдесят – все от покупателей до продавцов – слушали радио, где говорилось, что Михаил Горбачев по состоянию здоровья отстранен от должности Президента великой страны.

Настоящего Горби я видел один раз. В рамках президентской кампании 1996 года он был в Иркутске и выступал перед студентами педагогического университета. Молодежь встречала его очень хорошо. Зал был битком, все аплодировали, дарили цветы и просили расписаться в зачетках, и чтобы получить автограф на книге «Перестройка и новое мышление», пришлось с трудом протиснуться через ряд охраны. В это время возле Горбачева стояла женщина лет пятидесяти в ярком платье с букетом алых роз и плакала: Михаил Сергеевич, мы вас так любим, так любим!

Народная любовь… Мог ли ее добиться человек, который отказался от коммунистической догмы, заставив перевернуть миропонимание и ощущение каждого советского человека.

В шестнадцать он получил орден Трудового Красного Знамени как самый юный тракторист. Ему повезло, он родился в теплом Ставрополье, закончил МГУ и нашел красавицу Раису, которую ненавидели все женщины Советского Союза. Не могли они поверить, понять и осознать, что жена генсека может быть такой красивой, пользоваться дорогой косметикой и еще «рулить» мужем. Это была одна из самых красивых пар, и сегодня, когда рядом с М.С. стоит дочь Ирина, видно, что она унаследовала красивые черты своей матери.

Для меня Горбачев – это эпоха. В марте 1985-го я был принят в пионеры и вместе с Горбачевым начал перестройку. Он – в стране, я – в своем отряде, а затем и в школе. Смотрел его по телевизору, читал его статьи и даже завел знакомую киоскершу, которая оставляла мне «Известия», а позже «Огонек» и «Совершенно секретно».

Перестройка для Горбачева была смыслом жизни, он открыто хотел, чтобы страна изменилась, чтобы демократия, гласность и консенсус заняли достойное место в нашей жизни. Перестройка для меня – это первое в моей жизни комсомольское собрание, на котором меня избрали комсомольским вожаком.

Его жизнь была богата успехами и неудачами, открытиями и огорчениями. Карабах-88, а в это время моя мама отдыхала на курорте в десяти километрах от военных действий. Спитак-89, когда армянский городок сложился как игральные карты. Но все-таки Маргарет Тэтчер разглядела в нем яркого и харизматичного лидера большой страны. И именно Горбачев вернул России Андрея Сахарова.

Общество его не оценило. Многочисленные опросы показывали (да и сейчас, видимо, показывают), что именно Горбачев повинен в развале СССР, голодных бунтах и потери международного признания. От него отвернулись друзья по Политбюро и партии, и вряд ли его юбилей будет праздноваться в Кремле.

Я рос одновременно с Горбачевым, несмотря на очереди, талоны и войны. И он стал тем светом, тем «прожектором», который определил мою будущую профессию. Время Горбачева было моим временем. И Горбачев тоже мой.