На встречу с Сергеем Левченко в Усть-Илимске никто не пришел?
Кандидат в губернаторы от КПРФ широко анонсировал предвыборную поездку по северу Иркутской области. Первой точкой стал Усть-Илимск. Сергей Королев освещал каждый «чих» Левченко: интервью, встречи, посещение местного рынка.
Вечером же должно было состояться собрание с избирателями, на которое приглашали всех желающих. Именно о нем "красные" предпочли не рассказывать, перейдя сразу к мероприятиям из Братска. Неужели в Усть-Илимске по своей воле люди решили не идти?
Прочитали тут пост Елены К. про рейтинги Кобзева. Прослезились, конечно. Елена в своей традиционной манере свалила всё в один винегрет. И агитаторы кобзевские всех раздражают, и рейтинг у него низкий, и вообще всё плохо в области... Елена, вам шашечки или ехать?
Мы к тому, что времена, когда социологические опросы определяли вес и перспективы губернатора, остались где-то в 2006 году — то есть почти 20 лет назад. Сейчас реалии другие. Способность договариваться с элитами, крепкие связи с федеральным центром — вот что важно.
Если бы уважаемая Елена понимала, как реально делаются выборы, она бы не прозябала «специалистом по чему-то там» в Еn+, а давно превратила своих подписчиков в своих же избирателей, став хотя бы депутатом. Но что-то пока не клеится. И поэтому, наверное, на так разрекламированные Еленой встречи с Левченко приходит всего по 12–15 человек.
Да, и ещё: вот с рейтингом у Кобзева всё в порядке.
Аншлаг на встречах с Сергеем Левченко. Яблоку негде упасть 😉
Кадровые перемены
В Нижнеилимском районе разрублен Гордиев узел между Максимом Романовым и Павлом Березовским. А значит, выборы мэра района, ставшего округом, пройдут беспроблемно.
Политическая интрига вокруг мэра Нижнеилимского района Максима Романова, похоже, подошла к концу. Как стало известно из инсайдерских источников, с высокой долей вероятности после выборов он займёт пост председателя контрольно-счётной палаты (КСП) нового Нижнеилимского муниципального округа.
Напомним, действующий мэр не стал выдвигать свою кандидатуру на предстоящих выборах главы нового округа, созданного в рамках муниципальной реформы. Этому решению предшествовал проигрыш на праймериз своему главному оппоненту — главе райцентра — Железногорска-Илимского Павлу Березовскому.
После этого состоялась встреча Максима Романова с губернатором Иркутской области, по итогам которой было объявлено, что он займёт одну из значимых должностей в структуре нового округа. Однако какая именно, до последнего времени не уточнялось, что породило массу слухов. Было известно лишь, что речь не идёт о должности заместителя мэра.
Теперь завеса тайны приоткрыта. Назначение на пост главы КСП выглядит утешительным решением, и сохраняет лицо Романова. Таким образом, для чиновника эта должность станет «мягкой посадкой» после ухода с поста мэра, и тихим, номенклатурным затуханием его карьеры.
Из мэра Нижнеилимского района Максима Романова получится хороший председатель Контрольно-Счетной палаты.
Благодаря своему опыту, у него есть понимание того, как должна работать администрация, и куда могут расходоваться бюджетные средства.
С одной стороны, отношения с Павлом Березовским, который с почти стопроцентной вероятностью станет новым мэром, у Романова будут конструктивными. С другой, вряд ли Романов будет давать ему поблажки. Впрочем они и не потребуются.
От такой системы взаимоотношений выиграют прежде всего жители.
В России официально запустили связь 5G. Пусть не везде. И даже не в Иркутске. Но началось. Медведи активизировались так, что вышли на улицы Усть-Илимска и Братска.
Только мы успели нарисовать портрет Андрея Антоненкова как бесстрашного «Братского Бутча», который пошел против партийной паровой машины и на одном лишь протесте утер нос заезжему космонавту, как суровая братская реальность внесла в эту романтическую картину свои жесткие коррективы.
Все-таки команда мэра Иркутска Руслана Болотова умеет генерировать громкие поводы! 30 сентября сразу в нескольких дружественных мэрии источниках появилась сенсационная новость: «Уникальные ярмарочные домики появятся вскоре в Иркутске».
В Иркутской области какая-то эпохальная осень в плане ухода «эпохальных» мэров – тех, кто руководил своими территориями больше десяти и даже пятнадцати лет.
Косяком пошли на выход мэры из системы самоуправления Иркутской области.
Так, окончательно лишен полномочий мэр Тулуна Михаил Гильдебрант. В эфир он выходил вплоть до заседания Иркутского областного суда 23 сентября, оставившего в силе решение городского суда об отставке в связи с утратой доверия.
Антон Красноштанов выпал из Государственной думы аки оперившийся птенчик из гнезда мамы-кукушки. Выпал аккуратно, как будто никто его и не толкал. Так сам сошел. Добровольно.
Весной 2026 года «Единая Россия» отказалась поддерживать своего депутата на следующих выборах.
Надо заметить, некоторые депутаты Законодательного собрания Иркутской области откровенно манкируют обязанностью вести свои соцсети. Так, Виктор Побойкин в последний раз оставлял следы на своей странице во «ВКонтакте» в 2019 году.
Интересные подробности всплывают из шелеховского политического омута, где в 21-местную окружную думу первого созыва прошли только восемь единороссов. И семь представителей «Справедливой России».
24 сентября Тулунский городской суд таки поставил точку в затянувшейся на месяцы эпопее: мэр Михаил Гильдебрант отрешен от должности. Не по собственному желанию, не в связи с переходом на другую работу – «в связи с утратой доверия».
Ура, Иркутская область удержалась в ежегодном рейтинге Forbes, в котором ранжированы россияне с наибольшими дивидендными доходами. Все благодаря совладельцам группы «Илим» Борису Зингаревичу и Захару Смушкину, занявшим в топе два последних места.
Бабр представляет еженедельную подборку главных событий Иркутской области по версии телеграм-каналов за прошедшие дни с 21 по 27 сентября.
Шелехов выбирает новую власть
В Шелеховском муниципальном округе завершились выборы новой думы, а один из мандатов пришлось разыгрывать жребием.
В Братске опять случился бунт на корабле: формальный кандидат в Госдуму от «Единой России» Андрей Антоненков должен был лечь в договорном бою, а он, как Бутч в «Криминальном чтиве», поступил ровно наоборот.
