Затишье перед 2023-м. Ожидает ли Бурятию ротация кадров во власти?

Бурятия очень стабильна в плане кадровых перестановок на Площади Советов — никаких значительных перемен политического ландшафта в Бурятии давно не происходило. Либо прокуратура лишает управленца должности, либо он по собственному желанию занимает новый пост или увольняется. После переназначения старых министров на свои должности в 2022 году местные политические аналитики не ждут масштабных кадровых изменений во власти.

Бабр разобрался, есть ли причины для ротации кадров в бурятской власти, которые нельзя проигнорировать в 2023 году.

С одной стороны, Бурятия не увязла в геронтократии: во власти скорее «поколение икс», а не «бумеры». Например, первый зампред правительства Всеволод Мухин родился в 1978 году, другой зампред Иван Альхеев — в 1972 году и так далее. Но «молодые технократы» во власти уже не так молоды, да и собственно технократами их сложно назвать. Карьерные лифты работают не по-технократски: должности получают лояльные, а не компетентные кадры.

Яркие примеры — повышение статусов министра экономики Екатерины Кочетовой и главы минздрава Евгении Лудуповой до уровня зампредов. К обеим высокопоставленным чиновницам есть вопросы по поводу эффективности их министерской работы, а их еще и повысили. То ли в Бурятии нельзя найти достойных кандидатов, то ли они не желают идти на госслужбу, то ли им не дают зайти на определенные должности.

Новым главой минобразования стал Валерий Поздняков — ближайший заместитель Жалсанова, которому вроде как помогал с детсадовскими махинациями, но не настолько серьезно, чтобы лишиться должности. Хотя при должных усилиях прокуратура могла бы этого добиться — но республиканское руководство и федеральный центр вполне устраивает лояльный министр, который в своих интервью рассказывает о развитии патриотизма, а не о крамольных вещах вроде дефицита учителей в Бурятии.

Следует отметить, система зампредства в Бурятии стала формальностью, потеряла вес и функционал. Подробнее об этом можно узнать в интервью депутата Народного Хурала Эржены Чимитцыреновой для Бабра.

Также в республике появились персонажи, обогнавшие официальных лиц по своему политическому и медийному весу. Например, режиссер Артем Бурлов, который помимо творчества занимается расследованием коррупции в высшем чиновничестве Бурятии. Подобным потенциалом владела журналистка Евгения Балтатарова (признана иностранным агентом), но ей пришлось эмигрировать из страны. Депутат Народного Хурала Игорь Бобков, являясь официальным лицом представительной власти, не стесняется критически высказываться в адрес исполнительной власти и своих коллег с трибун Хурала. Этим депутат заслужил многочисленные обвинения в «хайпожорстве», но ведь он, например, реально борется с властью за спасение местных лесов.

Для бурятских властей было бы правильно пристроить, легализовать оппозиционные силы, чтобы их успокоить, иначе они становятся для нее угрозой (привет, Юрий Сибиряков).

Конечно, самым важным триггером, который может привести к масштабной ротации кадров, является усиленное недоверие граждан к правительству, муниципалитетам и депутатскому корпусу. Многие министры, главы районов, мэры городов и народные избранники всех уровней постоянно себя дискредитируют на своих должностях, о чем Бабр неустанно пишет.

Например, градоначальник Игорь Шутенков уже «достал» большинство улан-удэнцев: накопилось слишком много проблем, которые годами никак не решаются. Общественный транспорт и бездомные животные — только верхушка айсберга. Руководитель минздрава Евгения Лудупова вызывает раздражение и даже отвращение, потому что здравоохранение — фактические самая важная сфера, влияющая на жизнь людей. При этом Артем Бурлов вскрывает аморальные коррупционные схемы, в которых завязана нынешний зампред по социалке.

Перед выборами 2023-2024 годов правительству Бурятии жизненно необходимо скинуть хотя бы самую раздражающую народ часть чиновничьего балласта. Остается только гадать, кого из нерадивых персонажей принесут в жертву ради стабильности системы власти в республике и избежания окончательного подрыва доверия жителей и федерального начальства.