Ходорковский - судье: «Вас просто подставили»
…В зале №7, где когда-то снимали «Мимино», в этот день сидел кинорежиссер Эльдар Рязанов. Кино Рязанов, правда, не снимал. Он слушал Михаила Ходорковского, подводившего итог всему процессу и доказательствам прокуратуры…
Увиденным и услышанным Рязанов делился впечатлениями с актрисой Фатеевой, актриса Фатеева делилась своими с ним, с третьим, четвертым… В итоге, и без того дошедший до точки судья (уж слишком щепетильные темы поднимал подсудимый), пригрозил выгнать парочку и «всех остальных»…
«Остальными» были люди хоть и менее известные, но интересны. Это были завсегдатаи всех столичных митингов и пикетов, бывшие юкосовцы и менатеповцы, политики, правозащитница Алексеева, обычные учителя, студенты юристы, экономисты, инженеры и даже офисный планктон. Некоторые, чтобы попасть в суд, даже брали отгул с работы за свой счет…
Прокурор Лахтин, каждый день вынужденный отчитываться перед компьютером о количестве присутствующих, теперь находился в некотором замешательстве…
- Я начну, - взял слово Ходорковский. - Обращаюсь к вам, Ваша честь, к адвокатам и гражданам тоже. Я понимаю, что все устали, понимаю, Ваша честь, что и Вы устали очень… - Судья чуть не закивал головой. - Но, тем не менее, я обращу внимание на некоторые доказательства стороны обвинения… - и Ходорковский заговорил о том, что своим обвинением прокуроры просто «подставили» председательствующего Данилкина, что на основе приведенных прокуратурой «доказательств» невозможно вынести законный обвинительный приговор. Невозможно, потому, что в этом обвинении одновременно утверждается о хищении у ЮКОСа нефти и наращивании у него же капитализации и прибыли…
- Видимо, когда в 2006 году прокурорам поручили нас посадить, они решили не брать грех на душу, и нам предъявлено такое обвинение, что вынести по нему законный обвинительный приговор невозможно, - отметил Ходорковский. Прения прокуратуры он охарактеризовал как «наведение тени на плетень».
- Это не доказательства, это развлечение… Им удалось доказать в суде лишь то, что ЮКОС вел обычную хозяйственную деятельность. Я согласен с этими фактами, и если это признание, то признание в обычной хозяйственной деятельности, которую в виде обвинительного заключения можно представить только по заказу. Я уверен, что Вы, Ваша честь, - обращался к судье подсудимый, - поймете, что утверждения прокуратуры - полная ерунда, а полную ерунду вы в приговор переписывать не станете…
Судья сидел раздраженный и недовольный, словно Ходорковский говорил что-то неприятное и даже неприличное. Ходорковский, кажется, настроения Данилкина не замечал и продолжал анализировать доводы прокуроров, оперируя слайдами и схемами с выдержками из обвинения, постановления Верховного суда, Гражданского кодекса, а также графиками добычи нефти и ее ценообразования. Главный смысл – настаивая на хищении у ЮКОСа нефти, прокуроры одновременно приписывают нефть ЮКОСу как его собственность. Прокурор Ибрагимова на все это надменно вслух замечала Ходорковскому:
- Вы ошибаетесь…
У Ибрагимовой и ее коллег все три часа лица были натренированно-непроницаемые. Судья же продолжал сидеть с таким выражением, словно Ходорковский делал что-то неприличное. А тот, например, просто предлагал Данилкину квалифицировать его, Данилкина, собственные действия, как похищение. В качестве примера приводил обеденный перерыв судьи.
- Вот вы пойдете обедать в столовую, которая находится в здании суда и подчиняется вам. Вы заплатите за обед, очевидно, с одной целью - чтобы иметь возможность его похитить... А если вы еще оплатите обед своему знакомому, это будет уже организованная группа… Так что прокуроры дополнительно застраховали нас от обвинительного приговора, потому противоречивые обвинения - это гарантия отмены обвинительного приговора. Я хочу поблагодарить прокуроров, потому что именно благодаря им в нашей невиновности убедились абсолютно все. Я понимаю, что в московских судах сложно вынести оправдательный приговор, но прошу Вас, - обратился Ходорковский к судье, - оцените их усилия по достоинству. Если вы вынесете обвинительный приговор, то в следующий раз прокуроры просто плюнут на листок бумаги, поставят печать «утверждено Генпрокуратурой» и придут к вам сюда просить 14 лет…
На этом Ходорковский речь окончил. Зал взорвался аплодисментами.
- Так, прекратить! – сорвался окончательно разозлившийся судья. – Если такое еще повторится, всех выгонять начну!
Объявили часовой перерыв, после чего выступали адвокаты… Им тоже аплодировали. На этот раз приставы стали людей выводить. Тех, кто сопротивлялся, буквально выволокли из суда.
- И так будет с каждым, кого что-то здесь не устраивает. Вам здесь не культурно-массовое мероприятие! – кричал им вслед Данилкин…
