Кони – в президенты
(Полковнику ФСБ посвящается)
Один знакомый полковник недавно поделился своим впечатлением от манеры поведения президента – подполковника ФСБ: «Он, кажется, продолжает действовать, как разведчик, автономно, словно он в резидентуре, он совершенно не опирается на помощь «Центра», даже той же ФСБ, предпочитая действовать в одиночку и рассчитывая только на себя».
Такой человек, по самому роду своей деятельности, не может никому доверять, он должен всех подозревать и постоянно опасаться поворачиваться к окружающим его людям спиной. Наверное. Мне так кажется.
В последнее время мне еще стало казаться, что он большинство тех людей, которые его окружают, еще и в глубине души презирает. Мне кажется, он просто не может их не презирать.
Достаточно только посмотреть (хотя бы в телевизоре, где же еще), как происходит общение президента с подчиненными. Он: говорит спокойным тоном, не повышая голоса, как правило, очень вежливо, без всяких там соленых шуточек, которые обычно все же чаще достаются иностранным журналистам, чем отечественными министрам.
А они? Они буквально на глазах, едва на них обратится взор президента, мгновенно превращаются в невнятные, робеющие, глотающие слова от подобострастного страха ничтожные создания. Говорят, тупя взор, какие-то страшные глупости. Диалог такой часто напоминает разговор строгого воспитателя детского сада и нашкодивших малолеток. Причем «детсад» этот явно для детей не вполне умственно продвинутых. Смотреть на экране, как взрослые дяди и в меньшей степени тети (потому что теть в правительстве и вокруг него мало), несут банальный и трусливый вздор, довольно противно. Мне кажется, что и ему – Воспитателю – это тоже не может не быть противно. И мне кажется, что ему очень трудно заставить себя уважать всех этих людей, если уж они на столько голов ниже (и сами себя при этом старательно принижают) его.
Они ему все время смотрят в рот, лебезят, стараются угодить, не скрывают (потому что не могут скрыть), что боятся сказать не то что слово поперек – даже полслова. Перед встречей с ним они трясутся, как осиновый лист (как-то довелось мне видеть в этом состоянии одного губернатора – на нем просто лица не было, хотя он ничего такого не натворил и встреча ему с президентом предстояла вполне рутинная), а на встрече начинают нести всякую ахинею – про инфляцию ли, нанотехнологии ли, производительность ли труда, добычу нефти или газа, яйценоскость кур, яловость коров и прочее. Все – второстепенное. Потому что на первом месте – «чего изволите?» Тоска какая!
А сколь прелестна, сколь преисполнена высокой драматургии была пауза, которую президент держал после отставки генпрокурора Устинова! Вы оценили?
Сначала – молниеносная спецоперация по снятию. Ни намека на недовольство или, напротив, на вящее удовлетворение 6-летней работой генпрокурора. Ни слова о причинах, побудивших его на этой шаг. И словно повисло в спертом российском политическом воздухе – «да кто вы все такие, чтобы вам все это объяснять». А в вышине – сардоническая, во весь небосклон, улыбка Правителя.
«О, солнце, как ты право»! – вскричал единогласно Совет федерации (сенаторы, между прочим) и спровадил Устинова в безвестность.
После чего последовали многословные комментарии всяких говорливых политиков и вечно ничего не знающих, но все одобряющих политологов марковых. Комментировали, что, мол, сие есть многомудрый стратегический ход, ослабление «силовиков» сечинской группировки, предвестие реформы прокуратуры и так далее и тому подобное. Выждав с недельку, правитель молвил новую весть: Устинов-де получит должность. Те же политологи стали издеваться: не иначе, как послом в какую-нибудь Норвегию.
А он все держал и держал свою паузу. Под сардонической улыбкой во весь небосвод…
Все опять посрамлены. Опять никто ничего не угадал. Устинов стал министром юстиции, возглавив ведомство, главу которого (ставшего, в свою очередь, генпрокурором) он неустанно критиковал все последние годы. Макиавелли отдыхает.
Наивные отечественные предсказатели. Давно ведь уже известно, что угадывать надо не его действия, а его стиль, манеры, рефлексию.
Может, кто-то воскликнет – как же так, если он никому не доверяет, если все его окружение являет собой такое коллективное убожество, что никакой уважающий себя и вменяемый правитель (а наш – именно таковой) просто не может себя заставить воспринимать всех этих людей как равных себе... Стало быть? Стало быть, из них просто невозможно выбрать дееспособного преемника, не так ли?
Сложно, конечно.
Есть, правда, одно существо, которому он, похоже, по-настоящему доверяет и воспринимает. Это лабрадор Кони. И если бы у нас президентов выбирал Сенат, то, я уверен, у Кони было бы не больше электоральных проблем, чем у древнеримского калигуловского коня. Причем на фоне нынешней политической, так сказать, элиты у доброго, отзывчивого и преданного (то есть имеющего определенные непререкаемые высокие принципы) лабрадора имелись бы превосходные политические перспективы.
