500 миллиардов заначено на черный день
Благодаря рекордным ценам на нефть стабилизационный фонд российского правительства в этом году наполняется невиданными темпами, что породило у некоторых чиновников желание быстрее приступить к его расходованию. В результате в правительстве зародилась дискуссия, чем же на самом деле является стабфонд и каково его истинное предназначение.
Стабилизационный фонд был придуман в 2001 году как лекарство от дефолта. Подразумевалось, что государство будет складывать туда свои излишки «на черный день», который наступит от падения цен на «черное золото». Высокие же цены на нефть, в понимании авторов идеи, должны были стать главным наполнителем государственной кубышки. Собственно говоря, именно так и назвал стабфонд Алексей Кудрин — по его словам, это не что иное как «заначка». По закону ее надо сначала наполнить до 500 миллиардов рублей, а уже потом расходовать. Но невиданные цены на нефть и связанные с ними прогнозы о достижении полутриллионной отметки уже к Новому году, по словам экс-министра Евгения Ясина, уже пробудили у некоторых чиновников преждевременные аппетиты к лежащим без пользы средствам. Уже сейчас министр сельского хозяйства Алексей Гордеев, продающий «Росспиртпром», хочет накормить стабилизационными деньгами агропром, а Михаил Зурабов — покрыть дефицит пенсий и пособий. Правда, у отца идеи стабфонда Алексея Илларионова было другое мнение о судьбе этих средств — направить излишки на погашение государственного долга. Потому он и не согласился с идеей Минфина ограничиться обычным финрезервом в министерском ведении.
С тем, что избыточную денежную массу накапливать нельзя, согласны все. И для оправдания прав запускать руку в эту массу придумали другое определение для стабфонда — дескать, это всего лишь «инструмент активной бюджетной политики». То есть оперативный резерв, которым можно затыкать определенные «дыры». Восстановление же взятых средств при таком понимании становилось проблемой второго и даже третьего плана, что вполне устраивало министерства.
Бывший министр экономики Евгений Ясин, ныне научный руководитель Высшей школы экономики, придерживается в этом плане скорее кудринской точки зрения. «Стабилизационный фонд — это средство накопления и никакое другое», — твердо заявил он журналистам. И информация Кудрина о достижении фондом полутриллионной отметки к январю лишь подтвердила его собственный прогноз. Если саму «заначку», по мнению экс-министра, трогать ни в коем случае нельзя, то излишки, которые образуются от нефтяной сверхприбыли, тратить можно и должно — в стране много «дыр», требующих «затыкания». И драка в правительстве, считает он, возникнет именно при определении, чья дыра больше и главнее. Поэтому средства стабфонда, в его видении, пойдут в первую очередь в ту отрасль, шеф которой сильнее «надавит» на премьера и президента. Кроме Зурабова и Гордеева, в борьбу включатся министр образования Алексей Фурсенко и министр обороны Сергей Иванов, проводящие реформу образования и армии соответственно.
Сам же Ясин считает, что деньги стабфонда должны расходоваться только по двум направлениям: на разовые инвестпроекты и на создание систем, которые будут в дальнейшем приносить гарантированную прибыль. Чтобы было понятнее, в качестве примера он привел «внедренческие» предприятия, доводящие изобретения до товарного вида. Деньги им можно было бы направлять либо в виде грантов, либо через низкопроцентные кредиты. Выплата же пенсий ни под одну из этих категорий не попадает — прибыли от пенсионеров не дождешься, а инвестициями эти деньги будут только для ритуальной сферы. Поэтому дефицит пенсионных денег предлагается решать повышением доходности бюджетной сферы в дальней перспективе и меньшим размером снижения ЕСН — в ближней.
По мнению Ясина, высокая доходность и большие зарплаты позволят государству платить более высокие пенсии. А чтобы изыскать деньги в ближайшее время, можно снизить ЕСН не на десять процентов, а всего на восемь. Тогда налоги в казну будут притекать обильнее (если, конечно, бизнес выйдет из тени при такой ставке соцналога), и деньги для пенсионеров появятся. Правда, при этом Ясин отметил, что сейчас наш бизнес из «тени» трактором не вытащить, и пример «Содбизнесбанка» никого ничему не научил.
По правительственным расчетам, размер государственной «заначки» может достигнуть 700 миллиардов рублей. Правда, вся она может в одночасье исчезнуть, если западные ценные бумаги, в которые вложены деньги стабфонда, «прогорят» или если оправдаются прогнозы о крахе доллара. Если верить Центробанку, то стабилизационные деньги вложены в надежнейшие по столетним показателям бумаги — обязательства американского правительства, по которым не было ни одного дефолта. Германские или английские бумаги, по мнению ЦБ, менее надежны. Но если с долларом случится что-либо серьезное (а на рынке давно циркулируют сведения, что «зеленый» обеспечен активами всего на четыре процента), то от надежд российского правительства останется пшик без масла на всю сумму фонда. Столь однобокий подход к вложению стабилизационных средств вызывает опасения у ряда российских специалистов, допускающих возможность бесславного конца полутриллионной кубышки.
На стабилизационный пирог, кроме министров, может найтись еще семьдесят едоков в лице дотационных регионов. Поскольку монетизацию льгот сможет обеспечить только один регион из пяти, остальные немедленно запросят дотаций из Центра. И Кудрин, как считается, эти дотации даст, причем не откуда-нибудь, а из излишков стабфонда. Что, разумеется, не устраивает остальных претендентов на деньги, уже сейчас называющих такую политику «подрывом федерализма» и «унитаризацией власти». Экономисты ВШЭ считают, что выходом могло бы стать предоставление определенной свободы регионам в плане введения собственных налогов и сборов с переложением оплаты льгот на федеральный бюджет. Тогда субъект Федерации сможет обеспечить себя сам, а государство избавится от необходимости «расщеплять» общефедеральные налоги между собой и регионом и заодно сохранит свою «госзаначку».
В целом же на судьбу «денежного НЗ» смотрят оптимистично. Экономика сейчас на подъеме, а возможные проблемы скажутся лишь через несколько лет. Пока же таких «вредных» факторов не видит даже господин Ясин. Следовательно, дискуссия о немедленном расходовании средств в спокойной обстановке остается по-прежнему актуальной.
