Бортич vs Михалков: чувак, я просто не хочу бояться!

Его ведёт Божья воля.
С ним Бог, значит с ним правда.
Никита Михалков о парне с плакатом «Анальному – Анальное»

Сразу оговоримся: нижеследующий текст не о Навальном и не за Навального. Текст о чести, совести и порядочности.

Вот уже несколько дней, прошедших после последнего выпуска шоу Никиты Михалкова «Бесогон», страна, разделившись на два лагеря, обсуждает гонорары молодых актёров, озвученные мэтром кинематографа.

Для тех, кто не в курсе, вкратце поясним. В «Бесогоне» от 12 февраля Михалков, отодвинув за ненадобностью этическую сторону вопроса, озвучил гонорары актёров, осмелившихся даже не поддержать Навального, а просто высказать недоумение по поводу творящегося в стране беззакония. Заодно «великий актёр и режиссёр» голословно обвинил молодых и не очень коллег в том, что те высказывают не собственную позицию, а проданные им за вознаграждение политические взгляды.

Под раздачу попали и «переборовший страх» Павел Деревянко, и «любимый» Гоша Куценко, и «молодые» Антон Лапенко и Семён Трескунов, и Максим Виторган, и Мария Шалаева. Но первой «прилетело» Александре Бортич, которая не только возмутилась происходящим вокруг Навального, но и открыто призвала подписчиков «пойти погулять» в его поддержку.

Барин упрекнул актрису в том, что она идёт против страны, которая «её приняла» (хотя Бортич живёт в Москве с семи лет), что за родных белорусов она почему‑то не вступалась (хотя вступалась), что, наконец, 200 тыщ за съёмку получает и ещё чем‑то недовольна.

«Саша, чего тебе не хватает? Кто тебя ограбил? Ты хочешь быть в тренде? Рукопожатной?» – наигранно-недоумённо вопрошает режиссёр.

Прекрасно понимая, что поступает подленько, мэтр тут же попытался оправдаться. Мол, он раскрывает доход коллег не для того, чтобы вызвать к ним зависть и ненависть народную, а чтобы они «возбудили в себе ощущение фальши». Мол, как можно «страдать от режима Путина», получая от 180 до 300 тысяч рублей за съёмочный день? И повторное с блестящим актёрским нажимом:

Мы не будем подробно разбирать, почему у Михалкова всё сводится к деньгам, почему он считает, что достойная зарплата – это повод не иметь совести и собственных мыслей, почему он уверен, что человек с деньгами (честно заработанными, кстати) не должен думать о счастье и благополучии других людей, а должен поджать хвост в страхе потерять то, что имеет. Ответы на эти вопросы на поверхности – профессиональный манипулятор Никита Сергеевич собственную совесть давно продал за барскую жизнь «главного шута режима» и теперь по мере сил отрабатывает отведённую ему роль, не слишком заботясь о чистоплотности методов и логических связках.

Мы лучше процитируем Сашу Бортич, которая в разговоре с Юрием Дудем, опубликованном на YouTube‑канале «вДудь» спустя шесть дней после выхода «Бесогона», умудрилась ответить на все вопросы Михалкова, ни разу не упомянув его фамилию.

Я не знаю, я запрещённая актриса, нет? Как ты думаешь? Мне кажется, это очень глупо, нет? Взять меня и запретить.

Не важно, кто бы прилетел и откуда. Вася Иванов. И если бы с ним начало то же происходить, я бы тоже вышла погулять.

Смотреть на такое откровенное беззаконие и молчать я как‑то не смогу, наверное.

Блин, я не хочу бояться! Меня бесит, что я прохожу мимо чуваков в касках и мне реально страшно. Я это испытала. И я не хочу, чтоб так было.

Я же не просто актриса, я же здесь живу.

А ты чувствуешь себя в безопасности, только честно? Вот и всё. И никто не чувствует.

Я знаю, что есть слух про какие‑то 300 тысяч, которые я получаю. Мне передали, я посмеялась. Но я не там ещё.

Знаете, что самое занятное? Что Бортич веришь. Веришь её открытости и непосредственности, её чувакам, корефанам, типа, классно, круто, трэшнякам и тыры‑пыры. И Трескунову, который не побоялся вызвать Никиту Сергеевича на открытую дискуссию на нейтральной площадке, на которую тот, конечно, не пойдёт. И Деревянко, который честно признался, что боится потерять контракты, но молчать не может.

А вот от Михалкова исходит, как он сам выразился, ощущение фальши. И продажности. И подлости. И сытого самодовольства. И того, что у Кремля, а значит, у всех его рупоров и преданных псов, серьёзно подгорает.